Термин «понятный язык» в значительной мере сформировался на волне движения за открытость государственной власти к диалогу с гражданами. Хотя на самом деле эта проблематика выходит далеко за рамки государственных документов.

Тема понятного языка развивалась и продолжает развиваться одновременно в ряде стран. Суть в том, что большинство официальных документов, начиная с законов и заканчивая информирующими объявлениями, перегружены канцеляризмами, громоздкими синтаксическими конструкциями и профессиональным сленгом. Из-за этого людям, непривычным к такому стилю, эти тексты зачастую непонятны. Более того, даже те, кто постоянно имеет дело с соответствующей профессиональной средой, жалуются на большое количество двусмысленностей и путаницы, порождаемых излишней сложностью. Концепция понятного языка предполагает, что эти тексты можно и нужно стилистически «перевести» таким образом, чтобы обычные граждане могли с легкостью в них разобраться.

В англоязычной традиции это называется “plain language” (простой/понятный язык) или “plain English” (простой/понятный английский). Массовая дискуссия о «понятном языке» началась в Британии в 1970-е гг. и в итоге вылилась в движение за использование «понятного языка» в СМИ, политике и ведомственных документах. В 1979 г. там даже появилась специальная организация под названием Plain English Campaign (кампания за понятный английский). В США в 2010 г. требования к понятности официальных текстов были закреплены на федеральном законодательном уровне Актом о простом письме, положившем начало реформе официального стиля. Аналогичная реформа прошла в Австралии.

Это подразумевает проведение исследований, в числе тестов, проверяющих, насколько тексты понятны школьникам, студентам и специалистам. По итогам таких исследований в США были разработаны метрики, которые показывают, сколько классов американской средней школы необходимо для понимания того или иного текста. Отдельно, но в том же русле в США и в Британии проводится работа по адаптации английского языка для иноязычной аудитории (так называемый “simple English”). Это немало способствует распространению английского языка в статусе международного.

Сейчас инициатива по системному развитию понятного языка как посредника между госструктурами и общественностью активно развивается и в других странах. Иногда это называют «Движением за понятный язык». В России пока что движения как такового нет, хотя проблемы с пониманием официальных документов в связи с их стилистической спецификой неизменно возникают. Мы полагаем, что развитие понятного русского языка необходимо, потому что это важное условие гражданской грамотности и залог принятия информированных решений.

Безусловно, понятный русский язык нужен не только как средство общения с госструктурами. Не менее важны и все те ситуации, когда узкоспециальный жаргон или терминология непосредственно соприкасается с широкой аудиторией. Например, это случаи, в которых людям нужно решить, какой товар им лучше купить или какое программное обеспечение им больше подходит. Сюда также относятся медицинские диагнозы, инструкции по эксплуатации устройств, регламенты и прочие документы, которые зачастую оказываются совершенно невразумительными для неспециалиста.

Во многих случаях это связано с тем, что их составители просто не умеют или не считают нужным переводить специальный язык в понятные термины. Но возможны и злоупотребления, когда автор нарочно перегружает текст терминологией и сложными синтаксическими конструкциями, чтобы читателю было труднее вникнуть в его суть. В потенциале это богатая почва для мошенничества и злоупотреблений.

Как привить такую инициативу в России, чтобы это принесло ощутимые плоды?

Здесь есть два подхода, которые условно можно разделить на «правильный» и «быстрый». Хотя на практике они лучше всего работают параллельно друг с другом.

«Правильный» подход предполагает наличие у такой инициативы институциональной базы. Это, к примеру, может быть некоммерческая организация, специализирующаяся на вопросах языка, или уже существующий центр по борьбе за права потребителя, готовый сосредоточиться на этой теме. Но развитие таких институтов и проектов требует времени.

«Быстрый» подход – это создание интернет-проектов, направленных на оценку и повышение «понятности». Такие проекты могут быть устроены по-разному. Приведем два простых примера.

Во-первых, это могут быть народные и экспертные рейтинги понятности (и непонятности). Граждане присылают туда тексты, которые им кажутся наиболее непонятными. Затем эти тексты публикуются онлайн, обсуждаются и оцениваются как экспертами, так и гражданами. Можно по итогам рассылать или вручать победителям этих рейтингов грамоты «За извращённую казуистику». Параллельно можно организовать рейтинг наиболее понятных текстов, и также присваивать победителям грамоту «За ясность и понятность». Примером такого проекта может послужить сайт Center for Plain Language (США) со специальным разделом (Awards), где представлены победители.

Во-вторых, это могут быть проекты по оценке текстов на предмет внятности и переписыванию документов понятным языком. Речь идет даже не о текстах законопроектов или законов, а, скажем, о документах, содержащих условия использования или отказы от ответственности.

Подчеркнем, что в обоих случаях полноценных результатов можно добиться лишь при наличии институциональной базы. Однако следует учитывать и то, что сильные гражданские инициативы часто рождаются как стихийное движение и только со временем получают институциональное подкрепление.